Поиск


ЖУРНАЛ "ТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕКСТИЛЬ" №37

                    ( читать ... )

ЖУРНАЛ "ТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕКСТИЛЬ" №36

                    ( читать ... )

Ссылки партнеров

Арт-текстиль


Идеи и разработки/Арт-текстиль/Современные тенденции развития искусства ручного ткачества

Современные тенденции развития искусства ручного ткачества

10 июля 2009
Рынок легкой промышленности №65, 2009

Цветкова Наталия Николаевна

 

В настоящее время в текстильном искусстве развиваются, на наш взгляд, две основные тенденции: «декоративная» и «концептуальная», причем оба направления можно выявить и в текстиле «для моды», и в текстиле «для интерьера», и в текстиле «как области декоративного искусства».

Если говорить о ручном ткачестве,  как об  искусстве, напомним, что оно впитало многие находки и тенденции, появившиеся в ХХ веке. Следует отметить два главных события, сформировавших «лицо» ручного ткачества прошлого столетия: возрождение шпалерного ткачества Жаном Люрса с 1930-х гг. и «пластический взрыв» 1950-1960 гг.

В основе работ Ж. Люрса, несомненно, лежит принцип декоративности. Создавая свои работы, художник обратился к средневековым шпалерам и выявил основные принципы ручного шпалерного ткачества:

  • в тканой работе должно использоваться ограниченное количество цветов
  • шпалера должна создаваться для стены, т.е. быть плоскостной и предназначаться для конкретного помещения
  • шпалера должна выполняться по картону, созданному в натуральную величину
  • соотношение плотности основы и утка должно соответствовать, вызывая впечатление равновесия  (в частности, Люрса считал, что оптимальной будет плотность - 5 основных нитей -  на 1 см.).

Выведенные Ж. Люрса принципы ткачества, можно считать своеобразной «формулой декоративности» в текстиле ХХ в., блестяще реализованной на практике, как самим мастером, так и его многочисленными последователями. Характерной чертой работ «декоративного» направления, является изобразительность.

Снова обращаясь к средневековой шпалере, следует обратить внимание на то, что она являлась так называемой «шерстяной фреской», выполняя фактически ту же функцию, что и настенная живопись. Не случайно в средневековом ткачестве изображено так много сцен из Библии - большинство населения было неграмотным, а шпалера в декоративной манере доносила до зрителя основные идеи Священного Писания  (рис. 1, «Анжерский Апокалипсис»).

Изобразительность и символичность присутствуют и в работах Ж. Люрса. Так, например, в своей знаменитой серии шпалер «Песнь мира» художник отразил свое видение ХХ века, использовав современные символы космоса, атомной энергии и др. (рис. 2,  «Песнь Мира»).

Много работ «декоративного» направления было создано в СССР в 1960 - 1980 гг., так, можно отметить гобелены  А. Давыдовой  (рис. 3,  гобелен «Театр»),  Б. Мигаля  (рис. 4, гобелен «О моем городе»),  Э. Вигнере  (рис.5,  гобелен «Берегите природу!»), Р. Хеймрата  (рис. 6,  гобелен «Труд»). Среди современных художников, работающих в области декоративного направления, можно назвать   И. Колесникову  (рис. 7,  гобелен «Деревня»),  М. Нечепорук  (рис. 8,  гобелен «Моя Италия»),  Ф. Якубаускаса  (рис. 9, гобелен «Китти, Китти, моя маленькая кошечка»).

Текстиль «декоративного» направления развивается сегодня в Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии,  где основными требованиями к работам студентов, как курсовым, так и дипломным, является плоскостность, декоративность и идея «работа должна говорить сама за себя», т.е. изобразительность как главный принцип.

Среди «декоративных» дипломных работ последних лет, выполненных на ручном ткацком станке, можно отметить работу  С. Тимецкой  «Среди полей» (рис. 10). Это триптих, ассоциативная композиция, все части которой объединены единой цветовой гаммой и техникой исполнения. Эпиграфом к  работе стали строки М.Ю. Лермонтова:


Прекрасны вы, поля земли родной,
Еще прекрасней ваши непогоды;
Зима сходна в ней с первою зимой
Как с первыми людьми ее народы!
Туман здесь одевает неба своды!
И степь раскинулась лиловой пеленой,
И так она свежа, и так родна с душой,
Как будто создана лишь для свободы...

Цветовое решение всей текстильной композиции очень мягкое и живописное. Тонкие цветовые нюансы и мягкие живописные переходы были достигнуты благодаря применению сложного утка, складывающегося из нескольких разноцветных нитей, скрученных между собой.  При работе над композицией дипломница с помощью цветового решения пыталась показать различные состояния природы: утро, день и вечер. Правая часть триптиха посвящена утру (рис. 11). Работа решена в мягких холодноватых тонах, доминирующие цвета - голубой и холодный зеленый. Солнце еще не осветило поля своим теплым светом, тень ночи еще лежит на них.

Структура поверхности работы представляет собой сочетание различных саржевых переплетений: простой и ломаной сарж. Подобные переплетения позволяют добиться в ткани максимальной выразительности цветного утка. Длинные уточные настилы, закрепляемые одиночными основными перекрытиями, позволяют с одной стороны достигать живописного цветового эффекта, а с другой - создавать графические диагональные линии, формирующие движения внутри общей структуры работы.

Центральная часть, символизирующая день, построена, главным образом, на сочетании теплых зеленых и охристо-коричневых оттенков (рис. 12). В этой работе саржевые диагонали прерываются благодаря введению участков простого полотняного переплетения. Кроме того, в саржах использованы диагонали разной толщины. Все это несколько сбивает строгий ритм и геометрическую четкость тканых структур, придавая им большую живость.

Левая часть триптиха - это сочетание мягких сероватых и розовато-сиреневых участков с тёмными, глубокими сине-зелёными тонами (рис. 13). Это постепенный переход от легкого вечернего сумрака к ночной тьме, полной таинственной жизни. В этой тьме мы видим различные цветовые оттенки, не разрушающие общего состояния работы, и, вместе с тем,  обогащающие тканую поверхность.

Важно отметить, что три такие разные по своему состоянию работы органично соединились в единую композицию. Четкие геометрические формы полей как бы перетекают из полотна в полотно, осуществляя плавное превращения утра в день, а дня - в вечер.

Текстильное искусство «концептуального» направления, на наш взгляд, развилось из экспериментов 1950 - 1960 гг. - так называемого «пластического взрыва». Здесь несомненно следует отметить работы польской художницы  Магдалены Абаканович  и процитировать ее слова: «Думаю, что настал момент войти в структуру ткачества, вернуть ему автономию, которая позволяет вести интересный диалог - между утком и основой, с одной стороны, между материалом, стеной и пространством - с другой» (рис. 14, Магдалена Абаканович «Черный ассамбляж»).

В основе текстиля, созданного в период «пластического взрыва», заложены принципы, прямо противоположные «декоративным»:

  • текстиль перестал быть двухмерным, он вышел в пространство
  • картон перестал являться необходимой составляющей процесса создания текстильного объекта.
  • вопросы цвета, качества материала и плотности основы и утка решаются теперь автором самостоятельно в соответствии с творческим замыслом и без каких-либо ограничений.

В связи с отменой основных принципов шпалерного ткачества в работах этого направления исчезает изобразительность. Появление трехмерных арт-объектов позволило перевести текстиль из категории «живопись» в категорию «скульптура».

Известный исследователь ручного ткачества Андре Кензи, выделил три вида новых текстильных форм:

  1. висящие на стене
  2. пространственные, которые можно обойти вокруг
  3. среда (энвайронмент), позволяющая не только обойти вокруг объемной формы, но и проникнуть внутрь нее 1.

Среди работ первой формы можно отметить работу японского художника  Киоко Кумай «Ветер с облака», выполненную из проволоки (рис. 15). Несмотря на то, что это произведение экспонируется висящим на стене и его нельзя обойти, оно является трехмерным благодаря применению эффекта многослойности и «складчатой» поверхности.

Интересно, что в 1960-1970-гг. были художники, работавшие в традиционном «декоративном» ткачестве и, вместе с тем, осуществившие ряд экспериментов и в области «концептуального». К таким авторам относится  Рудольф Хеймрат -основатель школы латышского гобелена. Его работы «Ноябрь», «Бабочки Блазмы», «Ритм» являются яркими примерами «концептуального» текстиля, «висящего на стене» (рис. 16,  гобелен «Бабочки Блазмы»). В них художник применяет различные виды ткачества: совмещает гладкие участки с фактурным ворсом, шерстяные волокна и сизаль. Но главным, на наш взгляд, является выражение «реальной» идеи абстрактными средствами, например, в «Бабочках Блазмы» представлен гипертрофированно увеличенный рисунок крыла бабочки.

Среди дипломных работ студентов СПГХПА, которые могут быть отнесены к первой категории «концептуального» ткачества, можно назвать панно  Ксении Благовестной «Куршская коса», где гладкие участки ремизного ткачества сочетаются с ритмом объемных форм, представляющих собой стебли тростника, обвитые белыми хлопковыми нитями (рис. 17). Цветовое решение «Куршской косы» дает зрителю впечатление суровой и холодной Балтики, что еще более подчеркивается монументальностью этого произведения (10 квадратных метров). Работа состоит из десяти квадратов, образующих единую композицию. В каждом их квадратов Ксения интересно разрабатывала поверхность ткани благодаря применению разнообразных ткацких переплетений и использования фактурных нитей (рис. 18,  фрагмент). Сочетание близких по колориту, но различных по сырьевому составу нитей (гладкого матового хлопка, металлически поблескивающей вискозы, объемной буклированной шерсти) позволило выдержать всю работу в едином колорите и, в то же время, избежать монотонности.

В данной работе также была использована авторская техника, придуманная самой Ксенией. Гибкие тростниковые палочки она обматывала белыми хлопковыми нитями, а затем перевивала их между собой, вплетая в работу (рис. 19, фрагмент). Ритм этих белых вытянутых деталей перетекает из квадрата в квадрат, выступая некой объединяющей идеей всей работы. Работа Ксении получила серебряный диплом на выставке   Модулор 2005   в категории арт-дизайн.

К этой же категории относится и дипломная работа Натальи Елизаровой, 2007 г. «Застывшие волны» (рис. 20), получившая диплом и премию конкурса  Музы Петербурга 2007. Работа представляет собой единую композицию, состоящую из трех тканей. В основу идеи положена тема движения земной коры, в результате которого появляются горы: внутренняя энергия земли, перемещение горных пластов, разливы вулканической лавы. Все части  работы по-разному выражают тему волны. Одна ткань выполнена из черного полиэстера на базе волнообразной саржи. Волна мягко распространяется по поверхности ткани, сбиваемая ритмичными вертикальными полосами. Монохромность работы помогает выявить ее монументальность, подчеркивает сложную структуру переплетения. Полиэстер - достаточно скользкая синтетическая нить. Благодаря этим свойствам уток может перемещаться вдоль основных нитей ткани. Поэтому в уже готовой ткани можно сделать волнообразные просветы между нитями, то есть создать дополнительный графический эффект.

Вторая ткань также выполнена на основе волнообразной саржи, но, во-первых, здесь использована мягкая цветовая растяжка, а во-вторых, более толстый уток при маленькой ширине самой ткани. Таким образом, волна получилась более крупной, а благородная цветовая растяжка сложных серебристо-зеленых оттенков подчеркивает ее мягкость и внутреннюю силу движения (рис. 21,  фрагмент).

Третья ткань выполнена в авторской технике и представляет собой сочетание ручного ткачества с основой из готовой синтетической ткани (рис. 22,  фрагмент). Здесь большое значение отводится цвету и графическим разработкам, полученным при нашивке тканого полотна на основу. Тема волны поддержана в этой ткани изобразительными средствами.

Вторая категория «концептуального» текстиля ярко представлена работами М. Абаканович, Я. Буич. Ш. Хикс и многих других художников. Работа М. Абаканович «Абакан - 69» представляет собой текстильный арт-объект, который может быть расположен в любом помещении и даже вне помещения, т.е. отменяет еще один принцип шпалерного ткачества - наличие конкретного интерьера, более того, интерьера в принципе (рис. 23,  Магдалена Абаканович «Абакан-69»). Строго говоря, такое произведение искусства можно не только обойти вокруг, но и посмотреть на него сверху и снизу.

Работа  Ш. Хикс  «Память» позволяет зрителю даже «проникнуть» внутрь ткацкого переплетения (рис. 24). Это происходит благодаря многократному увеличению нитей основы и утка.

В современном текстильном искусстве создается довольно много арт-объектов. Например, работа  Шигео Кубота  «Тканый коридор - из Италии» представляет собой замкнутые трехмерные структуры сложной формы, расположенные в пространстве (рис. 25).

Среди дипломных работ студентов СПГХПА к этой категории может быть отнесена композиция А. Соболевой  «Био графика» (рис. 26). Эта работа совмещает элементы первой и второй категорий «концептуального» текстиля. Она состоит из трех частей, первая из которых представляет собой ворсовый гобелен, символизирующий лес, луг, кроны деревьев, увиденные с высоты птичьего полета. Вторая часть работы расположена в пространстве. Она висит на некотором расстоянии от стены и представляет собой идею листа дерева, структура прожилок которого увеличена в размерах. И, наконец, третий элемент композиции - текстильный объект кубической формы, символизирующий живую клетку. Каждая из граней куба соткана «ячеистым» переплетением, что усиливает впечатление «клеточной» составляющей всего живого (рис. 27). Таким образом, «Био графика» представляет собой путешествие от макромира к микромиру, выраженное художественными средствами ручного ткачества.

Категория «среда» (энвайронмент) подразделяется американскими исследователями художественного текстиля Милдредом Константин и Джеком Ларсен на три подвида:

  1. «энвайронмент, находящий применение в архитектурной практике
  2. костюмный энвайронмент
  3.  экспериментальный энвайронмент, носящий чисто исследовательский характер 2.

На наш взгляд, сюда можно добавить также энвайронмент, располагающийся в природе.

Что касается первого подвида, т.е. архитектурного энвайронмента, здесь следует отметить, например, работу художницы  Софи Паттинсон  «Текстильный Мобиль», расположенную в атриуме офисного здания и имеющую высоту около 8,5 м (рис. 28).

Примером костюмного энвайронмента, на наш взгляд, могут являться работы японских дизайнеров одежды, в первую очередь Иссея Мияке  с его внимательным отношением к фактуре и «поведению» ткани. Модели Иссея Мияке «скрывают» человеческое тело. «Моя одежда может стать частью кого-то, почти физической частью. Может быть, я делаю инструменты. Люди покупают одежду, и она становится инструментом творчества для того, кто ее носит», - говорит автор.

В связи с этим следует упомянуть его проект «а-рос» «кусок ткани» (сокращенное «a peace of cloth»). Проект направлен на создание одежды непосредственно для тех, кто ее носит, поэтому на продаваемую ткань заранее наносятся перфорированные контуры платья. Человек может создать костюм по своему желанию без единого шва, используя различные кнопки и завязки.

Отметим также его серию Pleats Please, построенную на игре складок (рис. 29). «В движении складки меняют цвета, создавая оптическую иллюзию калейдоскопа, - говорит Иссей Мияке. - Для меня это бесконечное наслаждение, навевающее многочисленные образы». Идея движения складок представлена художником и в коллекции «Весна-лето 2008». Модели Иссея Мияке как бы «живут» на манекенщицах, подчиняясь их движению, но, в то же время, в них присутствует и собственная внутренняя жизнь ткани как основы костюма.

Мне как художнику по текстилю импонирует идея самоценности текстильного материала и его предрасположенность к видоизменениям, постоянным трансформациям. Таким образом, мне пришла в голову мысль о создании платья-трансформера, т. е. платья, способного видоизменяться прямо на теле в зависимости от настроения и состояния человека. Но такое платье должно было быть многофункциональным и «самостоятельным», т.е. мне хотелось создать некий объект, не являющийся, строго говоря, ни частью моды, ни частью дизайна интерьера, а существующий как бы сам по себе, но способный быть и платьем, и скульптурной формой, и предметом интерьера.

В качестве основы для такого платья мною на ручном ткацком станке был выполнен текстильный модуль, представляющий собой полую тубу. Таким образом, платье представляло собой цельную форму, не имеющую швов. В качестве исходного материала был взят текстурированный хлопок, как наиболее экологичный и комфортный материал.

Для того чтобы ткань приобрела подвижность и пластичность, в один из модулей была введена эластичная прорезиненная нить, а в другой - металлическая проволока.

Модуль-туба, на мой взгляд, является органичным и комфортным для тела - человек находится как бы внутри защитного кокона. Благодаря эластичности ткани и подвижности образующих ее нитей, человек может самостоятельно «создавать» рукава, воротник, капюшон платья; корректировать его длину, заложить складки.

Простейший вариант платья-трансформера - длинная двухъярусная юбка, носимая на талии или бедрах, с поясом или без (рис. 30). Подтянув ткань вверх и заложив ее излишки в поперечные складки, получаем платье с открытыми плечами (рис. 31). Раздвинув нити и продев в полученное отверстие руку - вариант платья с одним коротким рукавом (рис. 32, 33). Продев вторую руку, последовательно получаем варианты платья с воротником и капюшоном, короткое или длинное (рис. 34, 35, 36).

Кроме того, на модель одновременно надевались два модуля. В этом случае одна туба использовалась как основное платье, а вторая применялась в качестве съемных рукавов. Эластичность нитей ткани позволила модели продеть голову сквозь тубу и как бы «надеть» на платье сразу два рукава (рис. 37, 38).

Отсутствие в ткани элементов кроя и швов предоставляет человеку полную свободу обращения с ней. А ее эластичность способствует тому, что после того, как платье снято, ткань принимает первоначальный вид, не сохраняя следов изменений.

Кроме того, модуль способен существовать в пространстве как самостоятельный предмет интерьера - арт-объект, текстильная скульптура (рис. 39). В этом случае мною был использован каркас, хотя его применение и не является обязательным. Так, например, ткань, выполненная с использованием металлической проволоки способна сохранять свою форму и без каркаса. Таким образом, снятое платье можно просто поставить, сделав деталью современного интерьера.

Наконец, говоря о возможности использования платья-трансформера как некой функциональной интерьерной вещи, мне, в первую очередь, приходит в голову абажур для светильника. Подобный модуль-тубу я уже применяла раньше именно как абажур в своих работах «Осьминог» (рис. 40) и «Морские животные».

Работы исследовательского энвайронмента - это различные выставочные пространственные текстильные композиции: работа Акио Хаматани  «Белая Арка 3» (рис. 41),  Кэрол Шоу Суттон  «Наши кости сделаны из звездной пыли» (рис. 42), Шихоко Фукумото  «Морской пейзаж» (рис. 43).

К этой категории можно отнести дипломную работу  Л. Долгушиной  «Мерцание» (2008 г.) (рис. 44). Композиция здесь состоит из расположенного на стене панно, играющего роль фона и нескольких полупрозрачных тканей, расположенных в пространстве таким образом, что зритель может войти в работу и посмотреть сквозь нее.

Дипломная работа  Ольги Боровских  (2009 г.) «Цветок папоротника» - еще один образец исследовательского энвайронмента - представляет собой объемно-пространственную текстильную композицию, выполненную в технике ручного ткачества на ручном горизонтальном ткацком станке и «на бердечке» (рис. 45). Композиция выполнена в сложной зеленой гамме из современных материалов:  вискозы, капрона, мононити, нарезанной органзы. Ткани накладываются друг на друга, таинственно мерцают, создают многоплановость образа. Зритель как бы приглашается в таинственный летний лес на поиск мифического цветка папоротника. Рассматривая композицию с различных точек, входя в нее, рассматривая ткани изнутри, зритель открывает для себя все новые и новые эффекты ручного ткачества. И глядя на работу Ольги, можно сказать, что само ручное ткачество становится тем самым цветком папоротника, способным сделать счастливым человека, который его нашел.

Говоря об энвайронменте в природной среде, хотелось бы представить свою работу «Зимний лес» (рис. 46, 47, 48, 49, 50). Фотографии были сделаны в реальном пейзаже. Пространственная текстильная композиция «Зимний лес» состоит из семи трехмерных объектов и пяти тканей. При создании этой работы были созданы модули-тубы, символизирующие деревья. Каждый модуль одним концом закреплялся на металлическом каркасе и свободно висел в пространстве. Между деревьями располагались ткани, символизирующие иней и падающий снег. Композиция «Зимний лес» выполнена преимущественно на оттенках белого цвета с небольшим включением коричневого. Деревья сотканы из фактурного хлопка и проволоки, две ткани состоят из капроновых и вискозных нитей; еще две также из капрона и вискозы с включением проволоки; пятая ткань - капрон и хлопок. Разные по своей фактуре нити позволяют показать разные виды снега - матовый и пушистый снег на ветках деревьев, переливающийся на солнце иней, серебристый лёд и т.д. Работа позволяет зрителю зайти внутрь текстильной композиции и рассмотреть ее с различных точек как извне, так и изнутри.

В настоящее время оба направления текстильного искусства - и «декоративное», и «концептуальное» развиваются самостоятельно. Интересно, что каждое из направлений имеет свои исторические корни. Так, например, истоки «декоративного» направления следует искать в средневековом шпалерном ткачестве, в более ранних коптских тканях. «Концептуальный» текстиль стилистически связан с объемно-пространственными формами, имевшими место в Мексике, Перу, Африке и многих других странах. 

ПРИМЕЧАНИЯ

1  Kuenzi A. La Nouvelle Tapisserie - Paris - Lausanne: 1981. -  P. 144

2 Constantin M., Larsen J.L. Beyond Craft - The Art Fabric:  New York, 1973

СПРАВКА

Расширенный журнальный вариант доклада на XII Международной конференции "Мода и дизайн: исторический опыт - новые технологии"

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ