Поиск


ЖУРНАЛ "ТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕКСТИЛЬ" №37

                    ( читать ... )

ЖУРНАЛ "ТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕКСТИЛЬ" №36

                    ( читать ... )

Ссылки партнеров

Промышленная политика, модернизация


Интересы/Промышленная политика, модернизация/Завтра может быть поздно

Завтра может быть поздно

30 июня 2003
Рынок легкой промышленности №32, 2003

Петровский Дмитрий Анатольевич

Что происходит у нас с легкой промышленностью? А ничего. По крайней мере, ничего хорошего. У меня сложилось твердое убеждение, что никакой серьезной, позитивной целенаправленной промышленной политики в России попросту нет. Это во многом, по-моему, обусловлено инертностью всей системы исполнительной, прежде всего, власти - от президента страны до глав администраций районов... Единственная положительная тенденция, проявившаяся в последние два года, - это бóльшая доступность банковских кредитных ресурсов. Да и то в отношении нашего предприятия, например, эта доступность весьма относительна. Отечественные официальные кредиты, как правило, «короткие» и сопряжены с таким несовершенством их оформления, что нам проще договориться с поставщиками о товарном кредитовании. К тому же часто вообще без каких-либо серьезных процентов по нему. К примеру, западные партнеры могут позволить себе это на срок до 90-120 банковских дней. Отечественные, увы, сделать такого не могут и волей-неволей «вымываются» из бизнеса, теряют конкурентные преимущества...

Иностранные кредиты и российские интересы. Иностранные компании для закрепления своего положения на рынках России используют более продуманную и гибкую кредитную политику, «завязывая» на себя потребителей интересующей  их продукции. Помимо большей дешевизны своей продукции, когда она выигрывает по сравнению с ценами аналогичной отечественной процентов на 15-20. Ведь у них, в их странах гораздо доступней кредитные ресурсы. Кстати, это очень важная государственная политика по естественной, я бы сказал, организации эффективной протекции своих компаний ради освоения ими зарубежных рынков производства и сбыта.  К примеру, если в тех же США стоимость финансов - 2-3% годовых (по сравнению с нашими 15-25), то, естественно, их предприятия могут только за счет перепада этих процентных ставок на сумму разницы делать скидки в цене и условиях и вполне уверенно чувствовать себя на «чужих» рынках, осваивая их неторопливо и основательно. Если они заинтересованы в продукции фирм-партнеров, то, соответственно, прикладывают все силы, чтобы те «жили» как можно дольше. И при достаточном уровне доверия деловой порядочности партнеров, как говорится, «без звука» могут кредитовать их до 1 млн. долларов и более. Нашим же предприятиям тягаться с ними невозможно из-за отсутствия таких возможностей и серьезных собственных оборотных средств.

Сейчас выживают лишь те, кто либо, как мы, ориентированы на экспорт своей продукции, либо «сидят одним местом на бюджете».

И такое положение объективно - это лишь одно из многих следствий развала нашей легкой и сопряженных с ней отраслей отечественной промышленности.

Замысел или бестолковость? Этот развал, скорее всего, следствие совокупности нескольких  разных по содержанию причин. Нельзя стопроцентно утверждать, что легкую промышленность разваливают, нужно учитывать и объективные причины процесса. К примеру, большинство руководителей предприятий в свое время были политически и экономически воспитаны на постулатах социализма, о рыночных отношениях практически ничего не знали. В своей каждодневной хозяйственной деятельности они руководствовались известными тогда и обязательными для выполнения решениями, опираясь во многом на свои личные связи, взаимоотношения и мнение тех, кто был у власти. И когда в 1992 году Егор Гайдар провозгласил, что «нам легкая промышленность не нужна», они, по выработанной привычке, решили, что так оно и есть. Ведь если руководитель такого высокого ранга делает столь значительные заявления, значит, это - хоть и весьма странная, но все же государственная политика, а не мнение отдельного человека. Таким образом, прозвучавшая вниз, по всей вертикали власти провокация (а по-другому это и не назвать) была соответствующим образом поддержана практически.

А вот после этого началось уже преднамеренное «вымывание» оборотных средств предприятий легкой промышленности. Коль решено, что она не нужна - так зачем им деньги, зачем развитие? Перестали поступать инвестиции, прекратилось техническое переоснащение, стали нарастать неплатежеспособность, задержки с выплатой заработной платы и пр. Все это усугублялось катастрофической инфляцией и «бандитским» использованием ее возможностей государственными чиновниками, «оседлавшими» основные банковские структуры. Они едва ли не первые поняли, как можно с выгодой для себя использовать ситуацию и полнейшую правовую неразбериху с кредитными ресурсами, неосведомленность большинства хозяйственных руководителей в юридическом обеспечении финансовых документов при оформлении заемных средств. Процентные ставки менялись настолько стремительно и  непредсказуемо, что предприятия, традиционно использовавшие денежные средства на пополнение оборотных средств, попадали в такую кабалу и зависимость, что вынуждены были (подчас и под напором  криминальных структур) расставаться с последним. О каком техническом перевооружении, о каком развитии могла тогда идти речь! У меня на памяти случай, когда предприятие оформило кредит под 25% годовых, а через десять месяцев пришлось рассчитываться уже из расчета 180%! Таким образом, к началу 1994 года предприятия легкой промышленности оказались без оборотных средств.

Воруют! Были и иные причины. Как я уже говорил, виною тому - совокупность обстоятельств. Так, огромное влияние имело и воровство ведущих специалистов предприятий - руководителей снабженческо-сбытовых, финансовых, юридических и многих других служб. Довольно быстро осознав бесконтрольность, ослабление жестких дотоле рамок личной ответственности в стремительно разрушаемом государстве и зная особенности «увода» и расхищения  материально-финансовых ресурсов по роду службы лучше других, они стали попросту грабить собственные предприятия. И любой из директоров предприятий, стоило ему только прозевать такой момент, в любой день вполне легко мог остаться «без штанов». Не упустило свое в повальном разграблении предприятий и правительство, вводя массу ничем не оправданных налогов - НДС, налог с оборота и пр. А позволив «расползтись» бывшим республикам СССР, оно тем самым лишило собственные предприятия более половины рынков сбыта, так как экономика России была жестко интегрирована, привязана к экономическому пространству единого государства. Если резюмировать в общих чертах - в «развале» легкой промышленности процентов на 40 прямо виновато правительство и уж вслед за ним - воровство и некомпетентность непосредственно хозяйственников.

Противоестественные аппетиты естественных монополий.  Это уже действительно проблема № 1 сегодняшнего дня. Их «услуги» для многих - как удавка на шее. Фактически те предприятия, которые все энергоносители получают из общегородских и иных укрупненных систем, при нынешних принципах оплаты за них тоже обречены...1

Энергомонополисты устанавливают необоснованно высокие цены, пытаясь решать свои проблемы за счет промышленности. Не секрет, что предприятия «Водоканала» за счет этого дотируют городские нужды, продавцы электроэнергии - население, а платежи за организацию, скажем, грузовых железнодорожных перевозок позволяют осуществлять пассажирские. Но в любой дотации, помимо положительного момента, существуют и отрицательные. Такие, в частности, как покрытие бесхозяйственности и стагнации дотируемых секторов экономики и городского хозяйства, откровенное социально-производственное иждивенчество. Все эти огромнейшие финансовые потоки просто-напросто растворяются бесследно, явно подпитывая (помимо вполне конкретных частных лиц - олигархов) политические, общественные партии и объединения, лоббистски ориентированных законодателей. И даже эта ситуация опять-таки подтверждает уже сказанное выше - из-за отсутствия четко обозначенной, сформулированной государственной политики в отношении отечественной промышленности подобное только и возможно.

Ведь как было в той же Германии, когда ей необходимо было подниматься из разрухи после войны? Там канцлер едва ли не каждый день четко и внятно объяснял народу, чем страна занимается сегодня, что будет делать завтра, каковы ее приоритеты в отношении той или иной отрасли, предприятия и т.д. У нас же - одна пустая говорильня вместо практических, трезвых и осмысленных действий по подъему экономики. Лишь на местном, региональном уровне иногда пытаются сделать хоть что-то реальное и нужное.

А ведь даже если снизить раза в два стоимость, к примеру, электроэнергии - потенциально возможная рентабельность предприятий могла бы стать весьма привлекательной для зарубежных инвесторов. И не всегда следует бояться иностранных финансов. Ведь они сейчас, по большому счету, не поступают в Россию из-за боязни вырастить здесь конкурентные производства. Слишком велики налоги (например, в том же Китае они гораздо ниже), а заработная плата выше, чем в этой и ряде других стран. Едва ли не все, кроме газа - дороже. Так, где-нибудь в Юго-Восточной Азии мальчик «подай-принеси» получает 1-2 доллара в месяц. На наше бы производство таких «мальчиков» - хотя бы с тысячу!

Ресурсы и кадры. Миф о неконкурентоспособности  удаленных предприятий, действующим на Урале или в Сибири не стоит труда опровергнуть.2 Ничего сверхъестественного и необычного здесь нет. Мы постоянно работаем над снижением себестоимости продукции, повышением рентабельности как отдельных участков и переделов, так и всего производства в целом. Ищем, варьируем, изыскиваем внутренние резервы. Повышаем качество продукции - не все нас устраивает. Словом, пытаемся на всех этапах производства в максимальной степени задействовать профессионализм - как собственный, так и всего коллектива корпорации в целом. Пытаемся постоянно улучшать взаимодействие с деловыми партнерами, укрепляем эти взаимоотношения, делая акцент на надежности и перспективности.

Особая наша забота и проблема - отсутствие квалифицированных рабочих кадров. Сегодня их профессиональная подготовка в стране практически отсутствует, поэтому волей-неволей специалистов приходится обучать самостоятельно. Катастрофически не хватает молодежи, а опытные работники уходят на пенсию. Высока и текучесть кадров - она достигает 25% в год. Пытаемся удерживать людей зарплатой. Однако уровень ее напрямую зависит от решения всего комплекса проблем, о которых мы говорили. К сожалению, обо всем рассказать невозможно, многое осталось «за кадром». Но моя личная точка зрения, которая как бы суммирует все вышесказанное, такова - если не принять самых радикальных мер по выводу легкой промышленности России из той ямы, в которой она находится, сегодня, то лет через пять уже будет поздно.

ПРИМЕЧАНИЯ

Подготовил Сергей ГУДКОВ

С.-Петербург - Тюмень - С.-Петербург

1 Платежи самого ОАО «Кросно» (чье производство достаточно энергоемко) только за водоснабжение составляли настолько неподъемную часть себестоимости продукции, что вынудили руководство корпорации «перерезать» городские трубопроводы, закупить и запустить собственные мощности по автономному использованию горячей воды и пара. Вложенные средства окупились достаточно быстро, и благодаря экономии стало возможным значительно повысить рентабельность всего производства в целом - прим. ред.

2 ОАО «Кросно»  - один из  лидеров в шерстяной отрасли. Его продукция покрывает процентов на тридцать потребность России в шерстяных тканях, половина  продукции - экспортируется.

КОМПАНИИ И ТОРГОВЫЕ МАРКИ, УПОМЯНУТЫЕ В СТАТЬЕ

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ