Поиск


ЖУРНАЛ "ТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕКСТИЛЬ" №37

                    ( читать ... )

ЖУРНАЛ "ТЕХНИЧЕСКИЙ ТЕКСТИЛЬ" №36

                    ( читать ... )

Ссылки партнеров

Шерстяной комплекс


Тенденции/Шерстяной комплекс/Кризис шерстяного комплекса России. Проблемы и решения

Кризис шерстяного комплекса России. Проблемы и решения

28 ноября 2002
Рынок легкой промышленности №27, 2002

Владимир Григорьев, главный инженер ОАО Клинта:

Ситуация действительно трудная, яркий пример её - история фабрики Освобождённый труд, прекратившей деятельность в августе 2002 г. Я не исключаю подобный вариант развития событий и для других московских предприятий. Корни ситуации не только и не столько в росте цен на московском рынке недвижимости и в высокой стоимости трудовых ресурсов. О проблемах текстильщиков и шерстяников говорено неоднократно, все их знают. Это  нехватка и плохое качество отечественного сырья, рост цен на мировом рынке шерсти, устаревшее оборудование, нехватка оборотных средств и инвестиций, связаная с относительно низкой рентабельностью бизнеса, отставание от требований рынка. Этот комплекс причин может свести в могилу многие из оставшихся производств.

Дело «спасения утопающих» зависит от многих экономических субъектов. Не последняя роль в этом процессе принадлежит государству. Чиновникам необходимо осознать, что новых предприятий никто строить не будет и иностранные инвестиции в этом секторе экономики в ближайшее время не появятся, гораздо проще способствовать сохранению и развитию того что есть. В их руках по-прежнему остаются реальные рычаги воздействия на ситуацию. Прежде всего, от него требуется протекционистская таможенная политика по отношению к отрасли - снятие таможенных пошлин на ввоз шерстяного сырья с одной стороны, с другой - введение квоты на ввоз импортных тканей (непорядок когда происходит затоваривание рынка импортными тканями), повышение пошлин на импорт готовых изделий, а так же реальные меры по борьбе с неконтролируемым импортом и карго-поставками. 

Я думаю, с этими мерами согласятся и текстильщики, и швейники, и производители шерсти. Кроме того, необходимо задуматься о комплексе мер, проводимых не только в рамках текстильной отрасли, но в рамках единой государственной промышленной политики, мер направленных на перераспределение рентабельности от добывающих отраслей в пользу переработки. Пока добыча нефти в два раза рентабельнее производства ткани - ни о массовых инвестициях, ни о техническом перевооружении отрасли мы не услышим.

Каким я вижу развитие отрасли? Вероятно, в перспективе количество предприятий несколько уменьшится.  Останутся те, кто сможет наладить маркетинг и сбыт. Будут создаваться вертикально интегрированные структуры, которые себя уже зарекомендовали в других отраслях экономики и уже появляются в текстиле.

Александр Пищиков, генеральный директор консалтинговой фирмы Промаркет-КонсалтМы, действительно, должны констатировать наличие проблем в шерстяном комплексе. Говорить о сокращении производства на всех его текстильных предприятиях не совсем корректно: некоторые предприятия  сокращают производство, а некоторые нет, или практически нет.

То,  что на деле происходит, - это сокращение в России производства мытой шерсти. В 2001 г. по отношению к 2000 г., если мне не изменяет память, соответствующие показатели снизились на 15%, а в 2002 г. - еще больше. Эта тенденция прослеживается не только в России. Производство мытой шерсти сокращается и у признанных мировых лидеров (Австралии и Новой Зеландии). Причин здесь, наверное, несколько, но, по-моему, главная - появление химических волокон и технологий, которые могут заменить шерсть без потери внешнего вида тканей. При этом я не говорю об очень дорогих тканях, содержащих кашемир, альпака и др. - я думаю, спрос на них остается на прежнем уровне, но он не влияет на общую картину рынка.

Я назвал здесь два важнейших компонента - новые материалы и новые технологии (и, соответственно, оборудование). Если мы теперь спроецируем на это нашу ситуацию, то увидим, что у нас есть проблемы как с собственным сырьем, я имею в виду химические волокна, которые в значительном объеме приходится покупать, так и с технологией. Это приводит к тому, что шерстяные ткани не могут стать дешевле, чем у иностранных конкурентов и, безусловно,  не становятся лучше по сравнению с ними. Вот мы и получаем ситуацию, когда на рынке России очень много импортных тканей, а перед нашими предприятиями остро стоят  проблемы сбыта.

Я согласен с В.Г. Григорьевым в том, что проблемы «серого» импорта является для нас чрезвычайно острой, и здесь государство должно принимать меры. Но говорить о том, что проблемы шерстяной отрасли  это проблемы только государства я бы не стал. Сами предприятия должны приложить усилия для того, чтобы их продукция стала конкурентоспособной. И дело здесь не только в недостатке средств на реконструкцию. Мы видели и недалеком прошлом (в середине 90-х годов) примеры поставки оборудования в рамках кредитной линии Гермес,  которые по большому счету предприятиям ничего не стоили.  Однако ввод этого оборудования в эксплуатацию не привел к принципиальному улучшению состояния дел на этих производствах. Более того, некоторые из этих предприятий сегодня уже не существуют...

Мы видим примеры последнего времени, когда после смены собственника в производства инвестируются средства, которые не дают желаемой отдачи. Почему так происходит? Оборудование заменили, а предприятие,  в сущности,  осталось старым.

Так что решать проблему нужно всем - и правительству и предприятиям. Однако вклад последних в успех - существенно выше. Никакое, даже самое эффективное государство не создаст  руководителю эффективную систему управления, службу маркетинга, которая могла бы действительно заниматься анализом рынка сбыта, никто не освоит и запустит за него  новые технологии.

Многие говорят о том, что для всего этого нужны деньги, которых у предприятий нет. Но, во-первых, при смене собственников и появлении новых текстильных холдингов появляются и инвестиции, а  во-вторых, мне кажется, банки в ближайшее время будут более охотно принимать участие в реконструкции предприятий.

Что касается предприятий, находящихся в крупных городах, особенно в Москве, то здесь налицо всем известные проблемы, связанные со стремлением властей максимально вывести за пределы города (или его центральной части) промышленные предприятия. Что-то не видел я текстильных предприятий в центре Берлина или Парижа.

Борис Храмов, региональный представитель Компании Woolmark. Действительно, нельзя не согласиться, что практически все российские предприятия шерстяной промышленности переживают нелегкие времена. Причины известны, и нет необходимости перечислять их вновь. Если прядильные фабрики аппаратного сектора и суконщики еще могут обойтись отечественным сырьем, то предприятия гребенного и камвольного производства испытывают большие затруднения с приобретением импортной, преимущественно австралийской, шерсти. Мировые цены на шерсть растут, существующие таможенные тарифы делают их еще в полтора раза выше, в результате чего готовая продукция не выдерживает ценовой конкуренции и не находит сбыта ни на местных, ни на экспортных рынках.

Отечественные швейные предприятия отдают предпочтение импорту, поскольку наши фабрики, производя не худшие по качеству ткани, зачастую не могут выполнить жесткий график поставок. Потребительский рынок наводнен привозным товаром, доступным по цене и обычно не самого высокого качества, хотя российские ткачи, трикотажники и швейники могут и хотят работать на достойном уровне.

Есть ли выход из этого замкнутого круга? Безусловно, есть! В создавшейся ситуации могут выстоять только самые подготовленные предприятия, способные наиболее гибко реагировать на требования рыночной экономики. Знание особенностей мировой конъюнктуры на шерсть, своевременное владение достоверной информацией о состоянии шерстяного рынка, доступ к современным технологиям и передовым видам текстильного оборудования является залогом успеха в нынешней сложной ситуации.

Надежным источником подобной информации является Компания Woolmark, официальный владелец всех прав интеллектуальной собственности на знаменитые текстильные знаки Woolmark (чистая натуральная шерсть), Woolmark Blend (свыше 50% шерсти ) и Wool Blend (30-50% шерсти). Знак Woolmark - самый престижный во всем мире текстильный символ, гарантия качества маркированных им изделий и принадлежность его владельца к элитному клубу шерстяников в глобальном плане.

В настоящее время в мире ежегодно выпускается свыше 500 млн. предметов одежды со знаком Woolmark. Cогласно проведенным маркетинговым исследованиям, 84% покупателей хорошо знают, что такое Woolmark, 72% покупателей утверждают, что при покупке новой одежды наличие знака Woolmark усиливает их доверие к выбранным изделиям, 74% знают, что для того, чтобы одежда была маркирована знаком Woolmark, она должна пройти ряд серьезных испытаний, и свыше 40% покупателей готовы платить более высокую цену за одежду из чистой шерсти со знаком Woolmark, чем за идентичную продукцию без этого знака.

Торговая система всего мира убеждена, что знак Woolmark способствует расширению продажи шерстяной одежды:

  • 79% розничных магазинов предпочитают продавать одежду со знаком Woolmark;
  • 82% магазинов убеждены, что присутствие знака Woolmark ведет к росту сбыта шерстяной одежды;
  • 73% магазинов ассоциируют знак Woolmark с известными брэндами и престижными торговыми марками;
  • 76% магазинов уверены, что этикетка со знаком Woolmark укрепляет доверие покупателей к шерстяной одежде;
  • 91% магазинов считают очень важным, что знак Woolmark придает шерстяной одежде свойства легкой чистки и ухода.

Компания Woolmark, действуя на коммерческой основе, предлагает текстильным и швейным предприятиям возможность приобрести лицензию на право применения своих торговых символов. Правила лицензирования, как и все иные аспекты деятельности Компании Woolmark, изложены на сайте wool.com. 

Лицензия открывает перед ее владельцем широкий доступ ко всему информационному и технологическому богатству Компании Woolmark. Компания регулярно выпускает обзорные и аналитические статьи по современному состоянию шерстяного рынка, оказывает содействие лицензиатам в передаче новых текстильных разработок и технологий, публикует сезонные прогнозы по моде и колористике шерстяной одежды и предметов интерьера, оказывает консультации по маркетингу и рекламе шерсти, а также содействует предприятиям в технологической реогранизации производства.

В настоящее время знак Woolmark принадлежит таким российским предприятиям, как Большевичка (Москва), швейная фирма Кристи (Москва), ЗАО Горизонт и Торговый дом Даргез. Те из предприятий, которые в недалеком прошлом имели лицензию на знак Woolmark и сумели пережить кризис, вновь возвращаются к лицензированию, поскольку видят в этом большие экономические выгоды и неоспоримые технические преимущества для своего производства. Очень активно работают лицензиаты знака Woolmark в странах Балтии: трикотажная фабрика Ogre, камвольное объединение Drobe, швейное предприятие Lelija и ряд других.

Компания Woolmark приняла к действию новую стратегию продвижения шерсти на мировые рынки и разработала целенаправленную программу «Совершенство шерсти - живая эволюция». Компания намерена восстановить передовые позиции шерстяного волокна благодаря внедрению новейших технологий и созданию текстильных изделий с небывалыми доныне потребительскими свойствами. К последним относятся технологии «Натуральный стрейч» ( Natural Stretch ) - эластичная шерсть без посторонних добавок, «Солоспан» ( Solospun ) - однониточные ткацкие пряжи для камвольных тканей, «Оптим» (Optim) - искусственное удлинение шерстяного волокна    с одновременным уменьшением его диаметра, «Универсальный уход» (Total Easy Care), «Спортивная шерсть» ( Sportwool), а также новые материалы с уникальными свойствами, сохраняющими все природные достоинства натуральной шерсти.

Вывод очевиден - вступление в престижный клуб Компании Woolmark может оказать российским предприятиям шерстяной промышленности несомненную пользу и практическую поддержку в их дальнейшей экономической деятельности в сложных условиях нынешней рыночной конъюнктуры.

Александр Шашуро - генеральный директор ЗАО Московская тонкосуконная фабрика имени Петра Алексеева:

В последнем десятилетии основными проблемами российских шерстяников, как и легкой промышленности в целом, являются недостаток оборотных средств и, как следствие, слабая техническая и технологическая сырьевые базы. К сожалению, эти направления в экономике России находятся в состоянии упадка (отечественной шерсти мало, да и та низкого качества, машиностроение для легкой промышленности почти не развивается). Затоваривание российского рынка импортными тканями также не благоприятствует развитию отечественной легкой промышленности. Все понимают, что только новые технологии и современное оборудование могут обеспечить повышение производительности труда и качества продукции. Именно они позволят снизить себестоимость и в конечном итоге сделать продукцию шерстяников России конкурентоспособной на внутреннем и внешнем рынках.

Решение этих проблем невозможно без поддержки государства, хотя бы в области таможенной и денежно-кредитной политики. Лишь те предприятия, которые в самое ближайшее время направят свои скудные резервы на модернизацию существующего парка оборудования, хотя бы частично заменят устаревшую технику и дополнят существующие технологические цепочки новыми машинами, смогут добиться существенных результатов, постоянно укрепляя свои позиции на внутреннем и внешнем рынках.

В связи со стремительным вступлением России в ВТО необходимо срочно пересмотреть отечественные стандарты качества продукции, действующие в настоящее время в нашей отрасли, внедрить современные системы эффективного менеджмента предприятий и многое другое. Только те предприятия отрасли, которые сумеют мобилизоваться, включить все возможные резервы и добиться лучших результатов в острейшей конкурентной борьбе, будут определять и моду, и рынок шерстяных тканей России в будущем.

Владимир Мельников - директор ООО Салтекс. Вопрос редакции, к сожалению, несколько запоздал, поскольку прогноз развития шерстяной отрасли, в частности тонкосуконного производства, который прозвучал в ответах В.Г. Григорьева и А.Д. Пищикова, сбывается в самом худшем его варианте. Вслед за московской фабрикой Освобожденный труд шерстяная отрасль потеряла и одного из своих флагманов - Московскую тонкосуконную фабрику им. Петра Алексеева. Фабрику купили, и я очень сомневаюсь в том, что сделано это для резкого улучшения ассортимента выпускаемой продукции. Ведь по уровню подбора квалифицированных кадров, технической оснащенности фабрика являлась передовой. А если уж такие предприятия сворачиваются, то что говорить о других, находящихся в гораздо худшем положении? И кто же будет одевать россиян в добротные, нарядные пальто, которые зимой согревают, а не прикрывают синтетическим блеском наготу?

Я полностью поддерживаю все сказанное В.Г. Григорьевым. Это надо же было умудриться так построить экономическую политику государства, чтобы в стране, где 7 месяцев в году зима, удушить шерстяную промышленность! Заметьте, что сырье для текстиля - это воспроизводимые ресурсы. Это не нефть, газ, цветные металлы и прочие полезные ископаемые, которые раз откачал - и свернул свою деятельность или сбежал за кордон, потому как качать больше нечего!

Далее я хотел бы отметить следующее. Все разговоры о переводе действующих фабрик за черту города - блеф! Думаю, что ни один из руководителей суконного производства в эту затею не верит. Сегодня предприятия останавливаются. Но я не знаю ни одной тонкосуконной фабрики, которая, простояв год или полтора, вновь ожила бы и вышла на прежний уровень выпуска тканей. После летней (сезонной) остановки производства даже устойчиво работающие предприятия теряют до 25-30% списочного состава квалифицированных рабочих.

А знают ли господа касьяновы и грефы, знали ли гайдары и лифшицы, что сегодня многие ткацкие фабрики в условиях неконтролируемого импорта тканей вынуждены выпускать продукцию с уровнем рентабельности всего 1-2%, лишь бы удержаться на границе цены, являющейся конкурентоспособной? Что прядильщица, мотальщица, ткачиха при уровне физической загруженности, равном 95%, работая в 2-3 смены в условиях повышенной влажности, с уровнем шума 80-87 децибелл, имеют заработную плату до 5-6 тыс. рублей? Что при такой зарплате, откладывая все до копейки, сидя в буквальном смысле на хлебе и воде, только за 24 года они смогут накопить средства, равные стоимости одной машины (типа «Мерседес» или «Вольво»), на которой очень часто разъезжает наш «народный» чиновник?

Уверен, что при таком вот «аппетите» управленческого аппарата еще долгие годы не будет построено ни одного нового текстильного предприятия. Этого просто не позволит сделать тяжкое налоговое бремя и существующая ныне кредитная политика, так как в сегодняшней ситуации капитальное строительство, вспомогательное и основное технологическое оборудование «потянут» на несколько сотен миллионов долларов.

Как следствие всего этого, наши фабрики не выдерживают двойной конкуренции: с Западом (а теперь и с Китаем) и с собственным государством, - и поэтому закрываются.

А аукнется это очень скоро! Не пройдет и десяти лет - негде будет делать сукно, в том числе и тонкое техническое, для оборонной промышленности. И мы поедем за ним в Китай!

Сегодня всем нам крайне важно понять главное: к текстильной промышленности, в частности к ее шерстяной отрасли, принцип «спасение утопающих - дело рук самих утопающих» неприемлем!

Не то время! Мы и так по многим направлениям отстали от развитых стран навсегда! Так что же, давайте добивать оставшееся?

И еще, кто из апологетов «нового рынка» сможет сегодня точно сказать, сколько на наших оптовых рынках различного «самострока», и нашего и импортного, без необходимых сертификатов качества и гигиены? Полно! А вот видел ли кто-нибудь тонкое сукно домашнего или подпольного изготовления? Нет. И не увидите! Потому как слишком сложное производство. «Быстрых» денег на нем не сделаешь, да и средств в него надо вложить не меряно, - это во-первых. А во-вторых - когда надо убежать от налогов, текстильную фабрику в карман не засунешь, не те габариты. Поэтому на всех текстильных фабриках бухгалтерия, как правило, «чистая». И налоги в бюджеты всех уровней платятся исправно, а если есть долги, то только потому, что налогообложение наше - бездарное. В то же время, небольшая тонкосуконная фабрика при выпуске 1 млн. метров тканей в год дает бюджету порядка 50 млн. рублей, оставляя себе прибыли на уровне 6 млн. рублей, если не считать выплату процентов по кредитам и различных пеней.

Но вот что характерно: текстильщики в основном не требуют у государства денег, а просят лишь оставить им часть заработанных средств для реального технического перевооружения, так как существующее оборудование изношено, выработало свой срок.

Но это еще не все. Кроме проблем, пришедших сверху, у предприятий хватает и собственных, которые решать за них никто не будет. Например, развитие ассортимента в условиях сложившейся, достаточно бедной, базы технологического оборудования. Или технологический брак тканей, случающийся даже тогда, когда вроде бы все проверено: и вода, и сырье, и оборудование и многое другое, что может явиться причиной появления пороков, таких как: заломы, стрельчатость, узкий товар, неровнота по утку, морщины, редкий ворс, отсутствие прочности на разрыв, невыполнение требований ВТО.

Самое интересное, что такой брак то появляется, то уходит сам по себе. И чаще всего это происходит в самый неподходящий момент, когда заказы на ткань идут один за другим, а на складе пусто, все в переделке. Сырья дополнительного нет. Красители израсходованы. На дополнительные энергоресурсы денег нет. Но даже если и найдутся деньги (получен кредит под 28%), - время ушло, момент упущен. И винить в этом некого, разве только самих себя. Какому директору и главному инженеру фабрики не знакома эта ситуация?

Или другая «головная боль» - отходы производства. И выбросить жалко - денег стоят, и вывоз на свалку - занятие недешевое. А куда девать? Раньше их в виде угарной пряжи перерабатывали в двухслойные драпы, но последние тяжелы, дороги и спрос на них теперь не так велик. Так что отходы копятся, а летом начинают гореть.

Проблемы с выработкой качественного товара можно перечислять долго. Например, как создать ткани с поверхностной плотностью от 370 г/м2 и ниже, если установленное оборудование позволяет вырабатывать пряжу не меньше 100 текс? Как спроектировать ткани с вложением 20% капрона и при этом избежать заломов? Знакомясь с лучшими образцами импортных тканей, мы видим, что львиная их доля выработана полностью из гребенной пряжи. А как их проектировать?

И список таких вот вопросов без ответов можно продолжить. Но от этого ведь легче никому не будет. Нужна конкретная помощь. Можно, конечно, обратиться в Италию, в лабораторию по развитию ассортимента. Но годовой контракт с ней стоит от 40 тыс. долларов. И не факт, что созданные ткани будут пользоваться спросом в России, а на Западе от своих тканей склады трещат. Можно пригласить западных специалистов, но они, как правило, узкого профиля, так что придется приглашать нескольких. А содержание и оплата труда таких «профи» стоят немалых денег.

Так что же, выходит, тупик? Нет! Думаю, что сегодня достаточно уверенно можно сказать о создании отечественного метода проектирования тканей однослойных структур, в котором математический аппарат расчета заправочных параметров ткани защищен двумя патентами - СССР и России. Этот метод представлен в виде программного продукта «Система проектирования тканей однослойных структур «Салтекс» (СПТ «Салтекс»), который фирма Салтекс может предложить шерстяникам в порядке экстренной помощи в борьбе за выживание.

Но сегодня об этом не было бы и речи, если бы не помощь Текстильной фирмы «Купавна»,  в частности ее генерального директора И. Симака и бывшего вице-президента фирмы В. Полякова. Помощь, которую невозможно переоценить. Руководители  «Купавны» всегда живо откликались на научно-инженерные новшества. В нашем же случае они предоставили на безвозмездной (!) основе полигон для исследований и испытаний, взяв на себя финансовые затраты по выработке образцов тканей. А было этих образцов не 2 и не 5, а более 50. При этом, как ни парадоксально, самыми «удачными» для нас были те образцы, которые в процессе исследования уходили в брак, так как это заставляло нас продолжать поиск.

Конечно, нам помогали все, от рабочего до начальника производства и службы сбыта и маркетинга. Поэтому огромное спасибо всему коллективу «Купавны» и отдельно - сотрудникам художественной мастерской, возглавляемой Е. Поповой. Я просто восхищен отношением работников этого предприятия к делу:  всех их отличает вдумчивая, аккуратная работа, нацеленная на поиск новых решений, постоянное совершенствование технологии производства.

Зачастую именно такого отношения к работе не хватает персоналу оставшихся в живых фабрик. Мою правоту подтверждает и экспозиция тканей (от костюмных до ратинов), из года в год представляемых фирмой «Купавна» на ярмарках:  добротные, высококачественные, с использованием различных видов фасонных пряж, гребенной пряжи, в богатейшей коллекции видорисунков и, конечно,  в отменной колористике! Самое главное, это не просто образцы, которые потребитель может увидеть только на ярмарке, а отработанный ассортимент для производственной программы!

Сегодня дело застопорилось из-за проблем, возникающих на текстильных предприятиях. Ведь вся наша работа велась за счет собственных средств, без какого-либо финансирования извне. Но сколько же можно работать по 10-14 часов в день и по 3-4 месяца не получать заработную плату?! Вот и уходят специалисты: кто пивом торговать, кто - импортными телефонами, - в основном на работы, где их интеллектуальный уровень используется лишь на 10-15%, а заработная плата в 3-4 раза выше и выдается регулярно. И вопрос ведь не в том, как создать шестую или восьмую версии, а кому передать содержание уже созданных.

 Я готов организовать на предприятии курсы по обучению работе на СПТ «Салтекс», готов прочитать лекции по всему содержанию математического аппарата. Может быть, найдутся одержимые молодые специалисты, грамотные, со свежими взглядами, которые подхватят идею и сделают метод более совершенным, которые станут в будущем опорой отечественного текстиля?

А пока что Правительство и Дума, находясь в состоянии постоянного денежного голодания, умудрились лишить льгот даже тех, кто еще не разучился думать. Сначала из «Закона об изобретениях» удалили льготу по налогу на прибыль, затем по НДС, а теперь готовится к принятию новая ставка «сбора» при патентовании изобретения в размере десятка тысяч рублей.

Невольно возникают ассоциации с первыми годами Советской власти, когда значительную часть интеллигенции, умеющей думать, оценивать ситуацию, аргументировано возражать, выслали за границу, а другую отправили «отдыхать» в ГУЛАГ. Сейчас же создаются все условия для того, чтобы классный инженерный состав и рабочие кадры крупных предприятий со сложной технологией производства бросили свою работу, как бесперспективную в материальном плане, и пошли продвигать на рынок импорт, а там и деградировали как специалисты своего дела, которому посвятили по 15-20 лет своей жизни. Ведь людьми без здоровых амбиций руководить легче: чем их меньше, тем легче продвигать бездарные законы.

Что же касается перспектив, то если у нас в корне не изменится отношение к текстильной промышленности, похоже, перспектив не предвидится никаких...

КОМПАНИИ И ТОРГОВЫЕ МАРКИ, УПОМЯНУТЫЕ В СТАТЬЕ

ПОХОЖИЕ СТАТЬИ